Пуская Дмитревский вздыхание и стон, Явил Петрополю красы котурна он: Проснулся и пришел на Невский брег Барон, А ты, с приятностью прелестныя Венеры, С..
York Powell, for muchvaluable aid and assistance, and to the Rev. E. McClure, one of theSociety's secretaries..
В самую ту секунду, когда Химена сказала:"Sors vainqueur d'un combat dont Chimene est le prix" (Кто тот победитель,кому наградой будет Химена? (франц...
«Житие одной бабы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Оскорбленная Нетэта», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Николай Гаврилович Чернышевский в его романе "Что делать?"», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Письма 1859–1880 гг», закладка на странице 10 (прочитано 4%)
«Письма в редакции», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Лесков Николай Семенович
1881
l
С. Н. ШУБИНСКОМУ
9 января 1881 г., Петербург.
Любезный Сергий Николаевич!
Спешу уведомить Вас, что статья готова. Название ее: "Дворянский бунт на Добрыньском приходе". — "1866 г." — Объем — ровно 2 листа. Написалось, кажется, хорошо, — сильно, но цензурно. Выпусков не могу потерпеть никаких, ни на одно слово. Говорю об этом вперед и заранее. Вы были неправы и напрасно трусливы в словах об увольнении без прошений. Я уступил и сожалел, потому что потом это все резче еще сказано в "Нов<ом> времени". — Теперь есть места сильные "об архиереях", но я знаю, как это надо сделать, и сделал цензурно; но выпускать ничего не стану и ни за что, и знаю, что это будет только трусость. А может быть, ее и не будет, — это лучше.
Ваш Н. Лесков.
2
А. С. СУВОРИНУ
Ночь на 3 февраля 1881 г., Петербург.
Уважаемый Алексей Сергеевич!
Не осудите меня за неодолимое желание написать Вам несколько строк по поводу обстоятельства, которое сильно меня огорчило. К удивлению моему, мне сказали, что мне приписывают какую-то заметку о Ф. М. Достоевском, напечатанную в "Петербургской газете". Я ее не видал и о сю пору не знаю ее содержания, а потому и не обратил на эти слова внимания, но потом пришел Лейкин и сказал, что и Вы тоже имеете такую уверенность, которую он, однако, поколебал в Вас, назвав Вам настоящего автора. Значит, Вы считали возможным, что я, написав статью против покойного, потом пришел к нему в дом и шел за его гробом... Это ужасно! Зачем Вы сочли меня способным на этакую низость? Какой повод я дал для этого всею моею не бесчестною жизнию? В моей литературной деятельности я знаю два проступка, за которые краснею, — это вывод на сцену "углекислых фей" да некоторый портрет в рассказе "Островитяне", Это дурные поступки, но они были сделаны давно, в молодости, да и кто из писателей не грешен точно такими же грехами... С тех же пор я никогда ни одного раза не подпал подобному исключительному соблазну. Меня порицали напрасно ряды лет: мне вредили и повредили ужасно; на меня явно клеветали, и я никогда не тщился никому отплачивать, хотя и мог бы... К Вам я всегда хранил неизменную доброжелательность, — даже в то время, когда Вам казалось во мне все дурным и предосудительным, О Достоевском я имею свои понятия, может быть не совсем согласные с Вашими (то есть не во всем), но я его уважал и имею тому доказательства. Я бывал в критических обстоятельствах (о которых и Вы частью знаете), но у меня никогда не хватило духу напомнить ему о некотором долге, для меня не совсем пустом (весь гонорар за "Леди Макбет").
