Пока дитя в ведении воспитательного дома, за его воспитателями есть контроль, - дитя посещают врач и ревизоры. С выдачею его матери все это кончается, несмотря на то, что крестьяне, у которых росло дитя, нравственно часто надежнее, чем мать... Общество покровительства детям тут может и, кажется, должно бы прийти на помощь и оказать в очень большом масштабе подвиг своего служения беспомощному детству. Нет нужды лишать мать ее права получать своего ребенка, но есть святое право человеколюбия желать, чтобы у такого ребенка, кроме матери, однажды его уже покинувшей, был опекун и поручитель за то, что оно не будет утоплено, задушено, заморено, продано нищим и "пятнальщикам" (о которых писал Вс. Крестовский), и наконец, чтобы оно не было "прямо ведено по руководству к неправильной жизни". Общество, желающее покровительствовать детям, не обнаружит ни прозорливости, ни способности бороться со злом в обхвате, если оно не захочет приклонить свой слух туда, откуда несется самый раздирающий вопль маленьких "дочерей девиц", поедаемых своими матерями. Имеющие уши, чтобы услышать, - должны бы это услышать.
КОММЕНТАРИИ
Опубликовано в журнале "Новь" No 1 в ноябре 1885 г. Входит в цикл "Рассказы кстати". Цикл, печатавшийся в "Нови" на протяжении почти полутора лет (с ноября 1884 по февраль 1886 г.), включает беллетристические вещи, сравнительно широко известные (например, "Жемчужное ожерелье", "Александрит", "Старинные психопаты", "Интересные мужчины"), но также и "Пагубники" - очерк с открыто публицистическим прицелом. "Рассказы кстати" были изданы отдельным томом в 1886 г., "Пагубники" туда не вошли и впоследствии не переиздавались. Очерк надо воспринимать в общем контексте борьбы Лескова против "сентиментального народничества". Есть, однако, и контекст сугубо личный. Проникновенные строки Лескова о "завидном счастии" воспитывать сироту и об отравлении этого счастия посягательствами родителей или родных сироты имеют под собой фактическую основу: в 1883 году Лесков призрел четырехлетнюю дочь своей горничной и, воспитывая девочку, вступал в юридические споры с ее матерью, которой в октябре 1885 г. было отказано от дома. Историю Кетти Кукк и ее дочери Варвары Долиной см. в книге А.Н. Лескова "Жизнь Николая Лескова", Т. 2. С. 266-268.
Стр. 267. Статья, где Лесков "собрал и напечатал в одном, из наших исторических журналов несколько исторических сведений о том, как у нас... собирались уничтожить публичную пагубу у девушек", называется "О римских прелестницах и о благословенных браках" (Исторический вестник. - 1885. - No 10. - С. 228-232). Стр. 279. Половня - сарай для соломы. Стр. 287. Семирадский Генрих Ипполитович (1843-1902) - русский и польский живописец академического направления, картина которого "Христос и грешница", выставленная в Петербурге на академической выставке 1873 г., вызвала большой интерес и споры в публике и критике. Стр. 291. Статья "О сельском вестнике" опубликована в "Новом времени" No 2002, 24 сентября 1881 г. Стр. 293. Вильмессан Ипполит (1812-1879) - французский журналист и издатель, основатель газеты "Фигаро".
... "Не доставайся ж, матушка, неприятелям". И потому, если мое свидетельство может что-нибудь прибавить к показаниям историков 12-го года, считаю долгом засвидетельствовать, что пожар московский был просто следствием народного побуждения. Тогдашний градоначальник Растопчин, отгадав это побуждение, не только не мешал, но даже содействовал ему, - вот что надобно еще прибавить. Кому принадлежит честь этого подвига - судите сами. Высокое и трудное бремя нес тогда Растопчин. Надо было в одно время поддерживать пламенное усердие к делу общему, ослаблять уныние, возбуждаемое вестями о скором нашествии неприятеля, и усмирять народные порывы. Редки, однако ж, были случаи вмешательства черни. Видны были кое-где грязные лица, которые заглядывали в повозки, отъезжавшие из Москвы, и провожали удалявшихся именем изменников... В то же время оставшиеся в столице, большею частью отцы семейств, старики, женщины и дети и торгующий класс, покидали стены ее, хотя не без тревоги, однако ж, безопасно. Для исполнения своих благоразумных видов градоначальник бросал каждый день в пищу народу свои животрепещущие послания, столько известные, и народ, с жадностью хватая их, не только успокаивался, но и обращал свои помыслы к благому - защите города. Вскоре, однако ж, представилась жертва сама собою. Безрассудный В[ерещагин], сын купца, отмеченный молвою как изменник, был обхвачен буйством толпы и заплатил жизнью за свой поступок{391}. Накануне видел я В[ерещагина] в кофейной на Никольской, тогдашнем фойе всех политических и не политических новостей. Можно вообразить, что я чувствовал, узнав на другой день об его участи. Между тем как дядька мой устраивал дорожные сборы, поехал я за город, к Филям и на Поклонную гору, куда народ стекался смотреть на пленных французов, взятых в деле бородинском. Солнце уж западало, но, далеко не доходя до земной черты, скрывалось в туманном горизонте, который образовали жар и пыль, поднятые тревожною жизнью города и еще более тревожною жизнью между городом и отступающим войском...
