«Литератор-красавец»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

- Да разве и между нами нет молодцов из себя? - сказал в ответ на эту
грубость г. Авенариус.
- Как не быть: хоть бы вы, например? - отвечал красавцу Авенариусу
итальянец.
В самом ли деле г. Авенариус так хорош, как он себя хвалит, мы этого
не знаем; но полагаем, что он, вероятно, красоты замечательной, ибо
человеку обыкновенной наружности чужестранец такой любезности наверно бы не
сказал, и лучшее тому доказательство - недавний случай с сотрудником
"Московских ведомостей" г. Георгиевским, которого туркофил Лонгворт нарочно
поставил лицом к лицу против хорошо сложенного турка и сделал между ними
двумя сравнение довольно невыгодное для России, имевшей, к несчастью, на
этот раз своим представителем не бойкого г. Авенариуса, а скромного г.
Георгиевского.
Но возвратимся к нашей истории.
Въедаясь далее в фабулу повести, г. Авенариус рассказывает о своей
хитрости, как он выпытал у художника, кто именно оригинал его головки, а
затем уже наступает и самая любовная басня. Там, в Сорренто, живет богатый
и очень жадный итальянец, у которого была красавица дочь Анджелика,
которая, собственно, и есть оригинал известного нам портрета. Г. Авенариус,
пленясь портретом этой девочки, еще более пленился ею самою и вздумал ею
призаняться. Для этого ему надо было устроить свидания с нею, и он их себе
и устроил, и устроил самым оригинальным и притом самым простым образом,
делающим большой комплимент его находчивости. Он явился к ее отцу и
условился с жадным богачом платить ему по четыре франка за каждый час,
проведенный в его продажном доме, и во время этих посещений беседовать с
его дочерью. Не забудьте - только беседовать, более красивому Авенариусу,
впрочем, ничего и не нужно: в остальном он рассчитывал во всем на свои
внешние и внутренние достоинства, из-под влияния которых, как видно,
женщинам черт знает чего стоит вырываться. У Анджелики, конечно, были и
другие адораторы: этот самый живописец, про которого выше рассказано, и
франт, фабрикант Сантакроче. Оба эти поклонника Анджелики начали свои
ухаживания за нею гораздо ранее г. Авенариуса; но это такому бойкому и
обаятельному красавцу, каков г. Авенариус, также ровно ничего не значило.
Живописца, как мы видели, он смял, стигостил и подобрал под себя с первой
же с ним встречи, когда посоветовал ему идти в малярию; а другого,
фабриканта Сантакроче, обуздал своим значением. "Мой итальянец
(Сантакроче), - рассказывает г. Авенариус, - имел дело с литератором (на
лбу, что ли, это у г. Авенариуса написано?), с корреспондентом иностранной
газеты, который печатным отзывом своим мог принести ему как пользу, так и
вред".