...
Углубленный в эти мысли, я совсем забыл обо всех предшествовавших
событиях и вдруг подумал: "Как я сюда попал?"
Минутное размышление - и я нашел разгадку (хотя весьма удручающую) той
таинственности, какой облекла моя фантазия все видимое и слышимое мною. Я
был болен. Я вспомнил, как меня терзала жестокая лихорадка и как, по
рассказам моей семьи, в бреду я беспрестанно требовал свободы и свежего
воздуха, и родные насильно удерживали меня в постели, не давая убежать из
дому. Но я все-таки обманул бдительность врачей и близких и теперь очутился
- но где же? Этого я не знал. Ясно было, что я зашел довольно далеко от
родного города - старинного прославленного города Каркозы.
Ничто не указывало на присутствие здесь человека; не видно было дыма,
не слышно собачьего лая, мычания коров, крика играющих детей - ничего, кроме
тоскливого кладбища, окутанного тайной и ужасом, созданными моим больным
воображением. Неужели у меня снова начинается горячка и не от кого ждать
помощи? Не было ли все окружающее порождением безумия? Я выкрикивал имена
жены и детей, я искал их невидимые руки, пробираясь среди обломков камней по
увядшей, омертвелой траве.
Шум позади заставил меня обернуться. Ко мне приближался хищный зверь -
рысь.
"Если я снова свалюсь в лихорадке здесь, в этой пустыне, рысь меня
растерзает!" - пронеслось у меня в голове.
Я бросился к ней с громкими воплями. Рысь невозмутимо пробежала мимо на
расстоянии вытянутой руки и скрылась за одним из валунов. Минуту спустя
невдалеке, словно из-под земли, вынырнула голова человека, - он поднимался
по склону низкого холма, вершина которого едва возвышалась над окружающей
равниной. Скоро и вся его фигура выросла на фоне серого облака. Его
обнаженное тело покрывала одежда из шкур. Нечесанные волосы висели космами,
длинная борода свалялась. В одной руке он держал лук и стрелы, в другой -
пылающий факел, за которым тянулся хвост черного дыма...
|
