.. Но должно - тс! - молчать: дурак - кто все болтает. 1803 РЕКА И ЗЕРКАЛО За правду колкую, за истину святую, За сих враго..
Даже служанке надоел. Вчера заходил приятель: "У тебя, говорит, слог меняется, рубленый. Рубишь, рубишь -- и вводное предложени..
П о д л и н н о е п о д п и с а л и: Смиренный Антоний, митрополит С.-Петербургский и Ладожский Смиренный Феогност, митрополит Киевский и Галицийский Смиренны..
Зачисление в кадеты в те времена считалось вожделеннейшим устройством судьбы мальчика - и матушка, стало быть, могла за меня не беспокоиться: я непременно должен был выйти в офицеры, а это тогда было почти то же самое, что выйти в люди. По крайней мере это так принимали в тогдашней замундированной России. Пребывание мое в отделении малолетних и потом в одном из столичных кадетских корпусов преисполнено для меня самых разнообразных воспоминаний, между которыми грустных, конечно, гораздо более, чем веселых, но я не стану заносить их в свои записки. Мне противно положить своею рукою лишний камень в прибавку ко всей тягости, в таком изобилии набросанной на эти школы. Да и к чему бы это послужило? Масса описаний темных сторон нашей школьной жизни так велика, что я не вижу нужды увеличивать ее своими рассказами, тем более что я не могу сказать ничего нового и... должен сознаться, что я все-таки чувствую благодарность к этому заведению, которое призрело и воспитало меня так, как оно могло и как умело. Оставленный самому себе, на руки беспомощной матери моей, я бы, конечно, был еще несчастливее - и потому мир тебе, мой детский приют, так часто видевший мои детские слезы! Изо всей школьной жизни упомяну только об одном событии, вследствие которого я неожиданно расстался с стенами заведения и вылетел в жизнь ранее положенного срока, да притом совсем и не в том направлении, к которому специально готовился.
IV
Не знаю, как бы надлежало правильнее назвать происшествие, которое около двадцати пяти лет тому назад случилось в одном из петербургских корпусов, именно в том, где я воспитывался, но тогда это происшествие все, не обинуясь, называли "кадетским бунтом". Как могли бунтовать безоружные дети, это довольно интересно, и я очень удивляюсь, что в нынешних журналах, специально занятых оглашением нашей недалекой старины, до сих пор не встречается ни одного сказания об этом "кадетском бунте". Дело началось с того, что, попавшись в руки одному начальнику, чрезвычайному охотнику употреблять розги, мы вышли из терпения, и когда одного из наших товарищей секли перед фронтом, мы долго просили о пощаде ему, и когда в ответ "а эту просьбу последовала угроза "всех перепороть", кто-то вдруг бросил в экзекуторов камень. За одним камнем, как водится, полетели другие, и так дружно, что некоторые начальствующие лица обратились в бегство, и экзекуция была временно приостановлена. Началось следствие: приехало разное высокое начальство и допрашивало нас и в массе и поодиночке, но мы и не винились сами и не выдавали виновных.
...
Я оставил в Владикавказе свою коляску и 30 числа выехал вместе с
Грибоедовым в двуместных дрожках, которыми одолжил нас до первой станции
майор Н. Г. О<гарев> {2}. Вещи наши были навьючены на казачьих лошадях, а
конвой убавлен, потому что в горах гораздо менее опасности, чем на том
пространстве, которое мы проехали. Осетины мирнее чеченцев, однако ж и они
не упускают случая против неосторожных. Конвой наш отсюда состоял всего из
10 человек пехоты и двух казаков, сверх того, четыре казака вели наших
вьючных лошадей, и люди наши также ехали на казачьих лошадях.
От Владикавказа до въезда в ущелье, из коего вытекает Терек, всего
верст 7; местоположение так же плоско, как то, которое мы проехали; но,
проехав 7 верст, вдруг погружаешься в горы, и, по мере езды вперед, ущелья
становятся теснее и теснее. Наконец в Ларсе, в 25 верстах от Владикавказа,
верхи гор, по обеим сторонам дороги, кажутся готовыми упасть на голову.
Воздух, от возвышенности местоположения, гораздо холоднее. В Ларсе
порядочной домик для проезжающих, здесь квартирует рота пехоты и команда
казаков; строения, для помещения военных, находятся у берега Терека, а на
нижнем уступе горы стоят развалины древнего замка.
31 августа отправились мы далее. Я думал сначала, что мы просто упремся
в горы и не найдем отверстия для проезда: так издали теснина кажется
спертою. Этим путем ехали версты четыре и, не доезжая до Дарияла,
расстоянием версты за три, встретили мы рабочих, занимавшихся исправлением
дороги и мостов, заваленных обрушением части горы Казбека. Этот обвал
произошел на самом тесном месте, покрыл целыми громадами каменьев мосты и
дорогу и до того загородил течение Терека, что река должна была прорыть себе
другое отверстие, и теперь сделалось то, что где был прежде Терек, там
сделалась дорога, а где была дорога, там Терек. Причиною обвала, как
предполагают, был чрезмерный жар нынешнего лета, отчего снега на Казбеке
растаяли, подмыли громады мелких каменьев и снесли их с собою вниз...
